ПОИСК ПО САЙТУ

Мертвого осла уши, а не блокчейн: российские ICO-стартапы погрязли в распрях вместо разработки

Очнувшись, инвесторы многих ICO-проектов, обещавших построить «межгалактический» блокчейн, обнаружили, что оказались у разбитого корыта, потеряв деньги и нервы. Не стали исключением и российские проекты — некоторые из них погрязли во внутренних распрях, в основном из-за распределения собранных миллионов.

Сейчас суды завалены исками против организаторов ICO, а рабочие продукты можно пересчитать по пальцам. Среди не выполнивших свои обещания проектов все сложнее разглядеть действительно работающие решения и достойных предпринимателей.

Отечественные ICO закрепили за постсоветским пространством статус серой зоны, с которой мало кто хочет иметь дело, а неприятие славянских фамилий в венчурных кругах перешло и в криптовалютную индустрию.

ForkLog попытался разобраться в нескольких громких скандалах, сопровождающих индустрию в последнее время, и понять, почему вместо блокчейн-революции и триумфа децентрализации мы наблюдаем за тем, как кучка фаундеров выясняет отношения и занимается перетягиванием каната.

Четверо из HOQU, не считая Кауфмана

В начале сентября один из сооснователей блокчейн-проекта HOQU Роман Кауфман (Михалев) обвинил своих по-видимому бывших партнеров в том, что они якобы вывели 75% средств инвесторов и $7 млн сразу после ICO. Он также рассказал об угрозах со стороны «лиц кавказской национальности», которых вряд ли интересовал алгоритм консенсуса. Его оппонент, Александр Дужников [кофаундер], в свою очередь сообщил, что Кауфман обращался в некую «Подольскую ОПГ», которая предположительно угрожала семье Максима Аникеева [кофаундер]. Затем на сцене появился загадочный экс-майор полиции Сергей Родионов, требующий вернуть каких-то $6 млн, угрожая бывшим партнерам Михалева статьей за мошенничество. В общем, если вам вдруг не понятно, при чем здесь блокчейн, то вы не одиноки. Поэтому стоит ненадолго вернуться в прошлое, чтобы ситуация прояснилась.

ICO «децентрализованной партнерской платформы для маркетинга нового поколения» HOQU или токенсейл, выражаясь словами Аникеева, завершилось в феврале этого года, собрав 18 802 ETH и ранее неизвестное сообществу число биткоинов и Litecoin. Что самое интересное, так это то, что ни Кауфман, ни Аникеев долго не знали точного ответа. Первый предполагал, что инвесторы переслали более 100 BTC и 3000 LTC. Второй утверждал, что после KYC-процедуры было произведено много рефандов, преимущественно резидентам США, поэтому «рассуждать о том, сколько лежало на кошельке, не совсем корректно» [впоследствии Аникеев сообщил ForkLog об изначальных сборах в 104,79 BTC и 3242,51 LTC]. Фактически итоговая сумма пока остается тайной за семью печатями. Сам Кауфман в своем очерке «HOQU. Куда вывели деньги инвесторов?» предположил, что она превышала $27 млн при хардкапе 14,7 млн USDT.

По словам Аникеева, Алексей Шмонов [кофаундер], которого Кауфман назвал ответственным за интернет-трафик, SMM и email, единолично контролировал кошельки HOQU, а затем и аппаратные кошельки Trezor, на которые якобы перевели 90% собранных средств, впоследствии разместив в банковских ячейках. Аникеев считает, что эти самые ячейки на данный момент защищены не только Шмоновым, но и другими приближенными к нему людьми, однако сам он схемы безопасности не знает [отметим, что за последние дни на кошелек HOQU поступили крупные ETH-транзакции, которые, как сообщил Аникеев, были произведены с тех самых устройств Trezor].

В марте, после проведения KYC-процедуры и распределения токенов, фаундеры, по словам Аникеева, выплатили себе премию в размере 157 ETH. Кроме того, в начале января каждый получил еще по 10 ETH. Таким образом порядка $600 000 в Ethereum-эквиваленте были распределены между ними еще тогда, когда продукта не было даже на горизонте.

Вероятно, состоявшиеся в апреле внутренние дебаты о зарплате для фаундеров проекта иллюстрируют менталитет многих отечественных ICO-проектов даже лучше, чем заявленная вовлеченность околокриминальных элементов. Однако стоит подчеркнуть, что Шмонов и Аникеев занимали взвешенную позицию по этому вопросу и предлагали варианты, относительно отвечающие географии и специфике проекта. С ними категорически не был согласен Александр Дужников, которого Кауфман назвал ответственным за баунти-программы, PR и комьюнити-менеджмент.

«Сколько зп у топов в гугле? (…) Ребят, 10к [$10 000] — норм зп для топа, меньше — тупо издевательство над собой», — подчеркнул он во внутреннем Telegram-чате с ярким названием «За щеку».


Мертвого осла уши, а не блокчейн: российские ICO-стартапы погрязли в распрях вместо разработки


На аргумент Шмонова, что проект находится в РФ и зарплата «не совсем рыночная», Дужников парировал: «Территориально, но на РФ он вообще не рассчитан» [тогда все логично]. Он также был убежден, что в Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC) бы посмеялись над их зарплатами в размере 3-5 ETH по курсу в $1000.

Его брат, Андрей, занимающий пост главного разработчика выступил за плодотворную и слаженную работу с оплатой 20 ETH в месяц и бонусы за «листинг на крупных биржах и релиз приложений» [получается: и бирже заплатить, и себя похвалить], чтобы к концу 2018 года на каждого получилось от 500 ETH до 1000 ETH.


Кауфман в свою очередь предложил не мелочиться и единоразово выплатить каждому 500 ETH за «проделанный труд», а затем платить зарплату в размере 50 ETH, чтобы довести сумму до 1000 ETH к концу года [получилось бы 5000 ETH из 18802 ETH, и не забываем про изначальный бонус в размере 167 ETH]. В итоге попытки Аникеева и Шмонова привести других членов команды в чувство и опустить на землю провалились, и «топы гугла» порешили на $10 000 в месяц.

Кроме того, по неизвестным причинам Андрей Дужников выступил за то, чтобы не платить бонус советнику проекта Мое Левину и заочно отправил его во всем известном направлении. Шмонов предложил заложить бонус Левина «про запас», а в случае, если последний не обратится, «попилить». Вероятно, гиганты технологического менеджмента почувствовали нехватку средств.



Конфликт между Кауфманом и другими фаундерами начался 9 мая, когда первый, по словам Аникеева, «в требовательной форме» попросил предоставить ему финансовую отчетность, заподозрив их в нецелевом использовании собранных средств. Впоследствии он рассказал о том, что у братьев Дужниковых появились новые роскошные автомобили.

«Алексей Шмонов, братья Дужниковы, Максим Аникеев, откуда появились Luxury Porshe Panamera и редкий Lexus LX 570?», — задал он риторический вопрос все в том же очерке.

Примечательно, что Кауфмана совершенно не смущал предложенный им самим бонус в размере 500 ETH [18 апреля курс все еще превышал $500], на который без проблем можно было бы приобрести такие автомобили и еще бы чаевые остались. Вероятно, понятие нецелевого использования средств в данном случае неприменимо.

[Аникеев Максим предоставил в распоряжение ForkLog доказательства, что автомобилем Porshe Panamera он владел задолго до основания Hoqu].

В финансовой отчетности, которой, по всей видимости, располагал лишь Алексей Шмонов, Кауфману (Михалеву), по словам Аникеева, было отказано. Партнеры якобы попросили его вернуться в Москву из Лондона, и лично ознакомиться с соответствующей информацией в офисе.

«Дальше он [Кауфман] приезжает в Москву, но не соглашается прийти в офис, а вызывает нас на встречу в ресторан недалеко от офиса, где и объявляет, что с вами работать и бизнес создавать я не намерен, дайте мне 1500 эфиров, 20% токенов от фаундерской части, и я уйду с миром, буду только позитивно высказываться о проекте. Ну а если нет, то привлеку третьих лиц, которым уступлю свою долю, а они с вами разберутся по-взрослому», — рассказал ForkLog Аникеев [запись прилагается].

В ответ на этот резкий выпад партнеры предложили Кауфману продолжить работу, занять должность CEO и получить контроль над финансовыми расходами [запись прилагается]. Обдумав предложение, Кауфман прислал следующие условия, в которых опять заикнулся про 500 ETH в качестве «компенсации» из статьи расходов Overheads [видимо, за моральный ущерб] и заявил, что не доверяет своим партнерам.


Партнеры не согласились на его условия и предложили выкупить его токены за 640 ETH [30% HQX были отведены команде, каждому предназначалась равная доля в 20%], соединив свои изначальные премии, полученные по статье расходов Team Cash [10% от общих сборов]. По словам Аникеева, Кауфман согласился и стороны наконец остались довольны переговорами.

2 июля, когда сделка должна была быть оформлена юридически, на встречу, по словам Аникеева, пришли вооруженные люди, которые решили провести «понятийную» беседу и потребовали 20% от собранных средств в размере $6 млн. Среди них, утверждает Аникеев, был и бывший сотрудник правоохранительных органов, а нынче адвокат Родионов Сергей Анатольевич, который якобы пригрозил использовать свой опыт и связи для выдвижения обвинений в преступлениях, предусмотренных 159 статьей УК РФ.

[фотография взята из удаленной публикации одного из основателей Hoqu на Medium]

Затем, утверждает Аникеев, на некоторое время ситуация зависла в воздухе, Родионов и компания скрылись с радаров, а потом, 27 августа, Кауфман подал заявление в правоохранительные органы, обвиняя партнеров в мошенничестве. По словам Аникеева, их оппонент также активно склонял участников private placement к подаче аналогичного заявления, поскольку партнеры якобы отказывались возместить им вложенные в HOQU средства [ранние инвесторы или участники, выражаясь словами Аникеева, покупали токены HQX со скидкой 50%]. А некоторые из них, по утверждениям Кауфмана, даже подали их [фото, на которых не указано имя].




В ответ, 14 сентября, партнеры, по словам Аникеева, подали заявление в Следственный комитет РФ, обвинив Кауфмана в шантаже и вымогательстве, а также указав в документе ФИО Родионова и некоего «ангажированного оперуполномоченного».

Требования ранних инвесторов о возврате вложенных монет ETH изначально кажутся абсурдными, поскольку такой механизм не прописан в официальной документации проекта. Токен HOQU имеет utility-природу, что следует из white paper проекта, а значит рассчитан на использование участниками будущей платформы, а не спекулятивный заработок. Однако, как следует из сообщения одного из инвесторов от июня, основатели проекта обещали им такую опцию в устной форме.

Аникеев предлагал таким недовольным ранним участникам установить цену private placement на продажный ордер на биткоин-бирже HitBTC и утверждал, что крупные игроки бы купили на ожиданиях серьезных анонсов. Пять человек тогда якобы отказались от такого предложения по неизвестным причинам. После делистинга на HitBTC даже такая опция оказалась недоступной.


«Был [листинг], до тех пор, пока Роман не позаботился о делистинге. Он об этом похвастался в ФБ и в тот же день удалил пост, т.к. понял, что это финансовый ущерб компании, за который он может понести финансовую ответственность в большом размере, т.к. листинг на Хитбтц очень дорогой, это всем известно», — подчеркнул Аникеев.

В итоге вопрос с некоторыми ранними участниками все-таки был решен положительно, это подтвердили и Кауфман, и Аникеев, однако корпоративный конфликт на этом далеко не закончился.

По словам Кауфмана, в какой-то момент команду покинул главный программист, перебравшись в «Яндекс», а новый сотрудник на его месте отказался от официального трудоустройства.

«Я могу предполагать, что сейчас делается все, чтобы показать общественности имитацию бурной деятельности.. В целом, все берет[ся] с действующей платформа МаркетКолл. Сейчас готового продукта нет. Я не уверен, что он будет», — сказал Кауфман.

Где блокчейн? Где первая в мире «децентрализованная партнерская платформа для маркетинга нового поколения»? Получается, некоторым ранним участникам вложенные средства или их часть уже вернули [неизвестную сумму], а продукта для простых смертных, кому такая опция недоступна, так и нет.


[падение составило более 90%]

На брюхе шелк — как сооснователь SBC Platform Александр Егоров долги отдавал

Братья-близнецы и предприниматели Алексей и Андрей Соловьевы познакомились с Александром Егоровым на одной из множественных криптовалютных конференций в России. Последний незамедлительно представился как эксперт индустрии и впоследствии вошел в круг доверия Соловьевых.

Егоров, кофаундер криптовалютного хедж-фонда Arrow Token Fund [сайт которого недоступен, а социальные сети не проявляют никаких признаков активности] и автоматизированной платформы для запуска ICO SBC Platform, описывается на сайтах этих проектов как эксперт в области деловых коммуникаций и привлечения капитала, который якобы обладает 10-летним опытом в развитии бизнеса. Утверждается, что он вложил в различные проекты порядка $3 млн и в прошлом заключал партнерские отношения с «огромными китайскими холдингами». Он также значился сооснователем компании System Bit Consulting, однако сейчас его имя в перечне членов команды отсутствует по неизвестным причинам. Тем не менее может сложиться впечатление, что перед нами сверхопытный бизнесмен и блокчейн-гуру.

[SBC Platform]


[Arrow Token Fund]

Братья Соловьевы продолжили общение с Егоровым, поскольку он показался им довольно интересным человеком. Через некоторое время он начал предлагать им свои услуги в сфере разработок, однако, учитывая специфику их рода деятельности [импорт электротоваров и винный бутик], они в них не нуждались. С первого раза Егоров, по их словам, не отступил и в дальнейшем продолжил «всучивать» им разработку.

В кратком резюме Егорова, вероятно, забыли упомянуть о его исключительной настойчивости, поскольку вскоре братья Соловьевы получили предложение проинвестировать два проекта, в которых их новый «товарищ» занимал пост сооснователя. Получив отказ, Егоров не опустил руки и пригласил предпринимателей в роскошный офис [ул. Парадная, 9, Санкт-Петербург], куда, по их словам, возможен вход лишь через двойные запирающиеся двери и только по отпечаткам пальцев работающих в бизнес-центре.

Там Соловьевым был представлен некий Илья [вероятно, Смирнов, у которого тоже 10-летний опыт в управлении компаниями и торговле на финансовых рынках], партнер Егорова. Вместе они рассказали братьям о своих проектах и потенциальном доходе, которые те могут получить от инвестиций. Андрей и Алексей выслушали и снова отказали.

И вот, казалось бы, позиция предпринимателей уже предельно ясна, однако Егорову внезапно понадобились средства на реализацию SBC Platform, и он снова обратился к братьям за помощью. В этот раз они решили таки одолжить «предпринимателю, который заключал партнерские отношения с огромными китайскими холдингами», 114 ETH и 3,2 млн рублей с возвратом в течение полугода [скриншоты прилагаются].

Как только наступил «час икс», предприниматель не посчитал нужным вернуть свой долг, заявив, что братья вложили средства «в сомнительные и непонятные проекты, не отрегулированные законом РФ, связанные с большим риском» [видимо, он имел в виду SBC Platform]. Егоров также обвинил их в вымогательстве и шантаже, пригрозив обращением в правоохранительные органы.


«Документы покажите, лохи. Еще никто вас так не опускал, мы будем первыми», — подчеркнул сооснователь ICO-проекта.


Еще до этой переписки Соловьевы пытались разыскать Егорова, дабы узнать, когда будет возвращен долг, однако не преуспев, обратились к его жене, которая на тот момент была беременной, и спросили о его местонахождении. Также они сообщили ей о задолженности супруга.

Затем Егоров объявился, заявив, что жена якобы «легла на больничный» после того разговора, а он сам находится на «учете у невролога и кардиолога». Аналогичная история, к слову, наблюдается при аресте высокопоставленных чиновников, которым в зале суда непременно становится плохо.

Дальнейшее общение Егоров, по словам братьев, предложил вести через его «службу безопасности», что на рабоче-крестьянском означает «крышу». В конце концов пыл должника немного остыл, он подписал соответствующие векселя и пообещал вернуть все средства после завершения pre-ICO. При этом, какое право имеет «предприниматель со стажем» расходовать деньги инвесторов на покрытие личных долгов, остается неясным.



[видео, на котором Егоров признает наличие долга].

Примечательно, что, согласно дорожной карте проекта, к концу четвертого квартала 2018 года на SBC Platform должны провести 100 ICO, а в 2019 году — целых 1000! В white paper в разделе «причины успеха проекта» говорится о «первоклассной команде специалистов» и «востребованности продукта на рынке криптоинвестиций и блокчейн-технологий».

Учитывая данные недавнего отчета Autonomous Research о том, что сборы ICO-проектов в сентябре упали до 17-месячного минимума, составив всего $279 млн, а тектонический сдвиг в направлении венчурного инвестирования становится очевидным, то, что SBC Platform найдет столько желающих провести ICO, выглядит, выражаясь словами самого Егорова, крайне сомнительно.

На данный момент, если верить официальному сайту, проект собрал порядка $1,9 млн, однако третий раунд ICO все еще продолжается, несмотря на то что, согласно дорожной карте, сбор средств должен был завершиться еще во втором квартале.

На фоне «уверенного продвижения SBC Platform к неизбежному успеху», братья Соловьевы уже год безуспешно пытаются вернуть свои деньги. Остается лишь надеяться, что в финале этой истории инвесторы проекта не услышат: «Документы покажите, лохи».

Тайны мадридского двора в команде Universa

В отличие от HOQU, где даже не все фаундеры знают, сколько они собрали средств, проект Universa привлек $28 млн в ходе токенсейла, а сразу после этого победил в номинации «Блокчейн-стартап года» по версии общенациональной премии Russian Crypto Awards. На фоне такого сногсшибающего успеха в декабре прошлого года проект казался отечественному сообществу крайне многообещающим.

Заявленной целью стало создание блокчейн-платформы для бизнес-приложений на базе высокоскоростного протокола Universa Blockchain с производительностью вплоть до 22 000 Tps. Немаловажным фактом для раскрутки проекта стала поддержка культового предпринимателя Джона Макафи, поскольку на пике роста рынка цифровых активов, когда все испытывали эйфорию, мало кто обращал внимание, что последний готов поддержать любой проект, лишь бы ему за это заплатили.

Затем последовали партнерства с «Ростехом», Ernst & Young и российским «Альфа-Банком», что безусловно лишь укрепило образ лидера отечественной блокчейн-индустрии.

Но как только рынок остыл, а инвесторы начали разбираться, во что они вложили свои кровные, обнажились и слабые места Universa. Катализатором разбора полетов стал разгоревшийся в апреле конфликт руководства проекта с комьюнити-менеджером Артуром Липатовым, когда последний опубликовал пост под названием «Как я перестал верить в Universa».

По словам Липатова, некоторое время он «горел» работой в Universa, проводил по 7-10 встреч в день, продвигал проект на различных мероприятиях и активно формировал целостное сообщество. Он также разработал план развития, разделив его на четыре основных этапа: хакатоны, образовательный модуль, олимпиады и ICO на блокчейне Universa. В течение двух лет он намеревался довести капитализацию проекта до $500 млн при максимальной экономии живых денег.

Когда же Липатов приступил к организации хакатонов, приобрел соответствующие домены [хакатон.рф] и нашел подрядчика в лице Романа Павловского из проекта «Кибер Россия», некто Ольга Попкова [отсутствует на официальном сайте], которая, по словам менеджера, внезапно возникла в команде Universa, перехватила управление инициативой и полностью сместила Липатова. Он утверждает, что при этом госпожа Попкова применила различные недобросовестные корпоративные практики, а основатель проекта Александр Бородич, который, по его словам, вообще долго не признавал, что знает ее, якобы закрыл на это глаза.

Когда же стало очевидно, что Ольга все-таки работает в Universa, Бородич пояснил Липатову, что в ее обязанности входит «оптимизация смет и заваривание кофе». Сама же Попкова свою роль видела несколько иначе, о чем и заявила в чате мероприятия ICO Zavod. Так, на вопрос «а был ли мальчик?» можно уже с уверенностью ответить, что был, только с не совсем ясными полномочиями.


На этом, по словам Липатова, интриги барышни не завершились, и вскоре какой-либо вес в компании потерял и Денис Кузьминых. Потом Ольга, как рассказал он, ополчилась на директора по развитию Николая, который предложил создать кошелек для Universa. В итоге некое устройство под названием HODL было анонсировано, однако без участия главного идейного вдохновителя. Затем закрылся офис компании и сотрудникам предложили переехать в коворкинг.

Изначально, утверждает Липатов, Бородич предложил ему покинуть компанию мирно, просто сообщив об этом в социальных сетях, а Universa бы в ответ заявила, что теряет талантливого топ-менеджера. Такой сценарий его не устроил, поскольку, по его словам, он сразу же понял, что его идеи хотят использовать без него и лишить комиссии в $10 млн при достижении проектом капитализации в $500 млн. Примечательно, что разработанный Липатовым стратегический план, подчеркнул бывший комьюнити-менеджер, затем звучал из уст самого Бородича без ссылки на реального создателя.

Примечательно, что Липатов вскоре удалил свой пост и, вероятно, после переговоров с Бородичем, решил переиграть ситуацию таким образом, чтобы все выглядело как PR-ход, однако затем вновь извинился перед сообществом за то, что «дал слабину» и подтвердил, что рассказанная им история — правда.


Отметим, что публикации Липатова спровоцировали активное обсуждение блокчейн-протокола Universa, и некоторые видные представители российского криптовалютного сообщества пришли к выводу, что проект больше похож на корпоративное решение в духе Corda или Hyperledger.

«Universa продала свой продукт административным учреждениям разных государств, под которые сейчас собственно и создается решение. Но мы же понимаем, что госзаказчик — это цензура, обратимость транзакций и централизованный контроль. Исходя из этого, можно предположить, что в финале мы увидим довольно неэффективную распределенную базу данных», — сказал постоянный гость рубрики «Биткоинизация» на Youtube-канале ForkLog Степан Гершуни.

Стоит отметить, что на vc.ru в статье «Год спустя. Что сделали ТОП-5 российских ICO-проектов за год после сбора средств?» проект Universa подвергся критике за то, что выполнил менее 50% заявленных в дорожной карте задач. В комментариях Александр Бородич обвинил автора в распространении неправдивой информации, поскольку дорожная карта, на которую опирались журналисты, была изменена и дополнена. Так, по словам основателя Universa, разработчики выполнили 80% работ.

Отметим, что у компании Александра Бородича ООО «Венчурклаб» также не погашен долг на 1 млн рублей за анализ токенов и ICO перед ООО «Евронрандсофт» [документы есть в распоряжении редакции].

Но пока Бородич судится с Липатовым, обвиняя последнего в нанесении ущерба деловой репутации, на деле суточный объем торгов токенами «убийцы Ethereum» едва дотягивает до $300 000, ликвидность на Cobinhood и Ethfinex почти отсутствует, а на HitBTC актив и вовсе подвергся делистингу.


Тем не менее стоит завершить историю о Universa на позитивной ноте.


«Нам кажется, что за первый год токены Universa вырастут в цене в 3-5 раз. А за два года соответственно дорастут до 10 раз от первоначальной стоимости», — подчеркнул Бородич [11:50 — 12:40].


«Россия вас не забудет!»

К сожалению, такие истории наносят ущерб не только конкретным проектам, но и представителям всего отечественного сектора. Именно так формируются стереотипы, которые осядут в сообществе иностранных инвесторов очень надолго, а и без того нелегкий выход на глобальные рынки для криптовалютного бизнеса из России усложнится в разы.

Модель ICO доказала свою неэффективность в контексте запуска работающих продуктов, поскольку успех сборов часто опьянял «предпринимателей» и в итоге получалось все, что угодно, кроме блокчейна. Грядет эра регулируемых security-токенов. Остается лишь надеяться, что такой видоизмененный инструмент сработает лучше.


Источник: ForkLog.com
  • Оценка:  


  • ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ
    Путешествие железного стартапа по Долине Смерти. Часть 1
    Хотите прокачать бизнес, но не знаете как? Попробуйте «метод стартапа»
    Белорусский ПВТ: как работают блокчейн- и криптостартапы после принятия резонансного декрета
    Криптвоюматика: Организатор ICO на $42 млн — о будущем индустрии
    «Никто не скажет нам, даже на самом высоком уровне, что будет с Россией через 10 лет»
    Хочу жить: Первая волна стартап-эмиграции из России и её герои

    Комментировать